№ 03 (3580) 27.01.2016  

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ…

… тюремного заключения

Тюремные ворота открываются, и человек со справкой об освобождении возвращается в нашу жизнь. Что он будет делать дальше? Почему так велика вероятность, что он опять свернет на скользкую дорожку? Как правило, 60 процентов заключенных сидят по второму и третьему разу…

Есть проблема

Как известно, Россия – страна парадоксов. Вряд ли есть еще место, где законопослушные граждане с таким трепетом относятся к музыке в стиле «русский шансон» (да-да, он уникален, ни в коем случае не стоит путать этот стиль с классическим французским шансоном). А «феня» и «блатота» настолько привычны, что и перевода никому не требуется.

Однако это же самое общество абсолютно нетерпимо к чужим ошибкам. Провинился раз – клеймо на всю жизнь. Никто не ищет глубины, если самое главное лежит на поверхности. А у людей с судимостью самое главное как раз чуть ли не на лбу написано.

По данным ФСИН РФ численность заключенных уменьшается, но пока остается в пределах миллиона человек. Это очень много. К тому же численность населения России неуклонно сокращается. Вот и выходит, что процент преступности остается на прежнем уровне. Такой высокий показатель, кроме страха за жизнь свою и близких, за безопасность в домах и на улицах, означает еще и колоссальные потери наших с вами денег, государственных средств. В среднем содержание одного заключенного обходится бюджету в 33 тысячи рублей в год. На начало 2012 года в российских колониях наказание отбывали 755 648 человек. Получается около 260 миллиардов рублей. Это тогда, а что будет сейчас, когда рубль так нестабилен, а страну сотрясают один финансовый кризис за другим? А еще оплата труда работников колоний, штата, который по численности занимает второе место после «Почты России». Даже официальная статистика показывает огромную рецидивную преступность: 60 процентов заключенных сидят по второму, третьему и более разу. Почему так получается?

Я выпал из системы

— В колонии все было проще: за тебя думают, тобой командуют. «А в тюрьме сейчас ужин: макароны» — очень жизненный анекдот. Там ты – часть системы, в которой о тебе заботятся. И это ни разу не ирония. Даже в самом страшном месте для преступника, колонии Белый Лебедь, кормят и поят. Поддерживают в заключенном жизнь. И какой бы она ни была, жизнь – основной человеческий инстинкт, — рассказывает Максим, знающий о тюремном заключении не понаслышке. В свои 26 лет он имеет две «ходки». В систему втянулся еще подростком – погнался за «воровской романтикой». Удержать от ошибок своевольного юнца не смогли ни уговоры матери, ни финансовый достаток родителей. А теперь он вышел на волю и оказался у разбитого корыта. – Поначалу очень сложно адаптироваться к социуму. Даже пересмотрев все свои идеалы и ступив на правильный путь, риск вернуться обратно велик. Во-первых, лично я провел в заключении большую часть осознанной жизни. И я прекрасно знаю, как все устроено там. Но что мне делать здесь, как общаться с людьми, как сдерживать агрессию, кому улыбаться, от кого отвернуться, как вести себя вообще, для меня загадка. Правило «дурак дурака» всегда работает исправно, и обычно человек, недавно вышедший из-под стражи, очень скоро вновь оказывается в кругу лиц сомнительной репутации. А окружение играет огромную роль. Ну и, во-вторых, сам социум редко когда идет навстречу.

«Волчий билет» очень сильно осложняет жизнь и пользование свободами, на которые имеет право человек, сполна воздавший государству за свои противоправные действия. И дело даже не в законодательстве.

Разрешите трудиться

— В части 1-й ст. 65 Трудового кодекса РФ каждый желающий может найти полный список документов, требующихся при приеме на работу. Исходя из этого перечня, человек, вышедший из мест лишения свободы, вовсе не обязан предоставлять потенциальному работодателю информацию о том, что он имеет судимость, — объясняет ставропольский юрист Елена Кравчук. — Но исключения есть. Например, в соответствии с ч. 2-й ст. 331 ТК РФ к педагогической деятельности не допускаются лица, лишенные права заниматься педагогической деятельностью в соответствии с вступившим в законную силу приговором суда; имеющие неснятую или непогашенную судимость за умышленные тяжкие и особо тяжкие преступления. Нюансов очень много, и многие требуют отдельного рассмотрения, но работодатель не имеет законного основания отказать в приеме на работу только из-за наличия в прошлом судимости. Конечно, трудностей не избежать, и на хорошее место бывшим заключенным рассчитывать не приходится. Даже несмотря на то, что, согласно ст. 3-й ТК РФ, «каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав».

Неприглядная репутация шлейфом тянется за человеком и, прицепившись раз, уже так просто от него не отстанет. Даже если изначально особых проблем с трудоустройством не возникло, как только лишняя информация о статусе сотрудника станет общеизвестной, большинство работодателей постарается избавиться от возможной проблемы. И предлогов, под которыми это можно сделать, найдется тысяча. Это же касается и других сфер. Человек с проблемой настораживает окружающих, которые стараются держаться от неприятностей подальше – дескать, своих хватает.

И на фоне всего этого так и рвется из души замечание о гражданах, осужденных безвинно. Даже если бы все наши законы были абсолютно совершенны, то в исполнение их приводят отнюдь не совершенные люди. И фраза о том, что каждый имеет право на ошибку, тут абсолютно неуместна: из-за таких ошибок рушатся целые судьбы.

«Нас и тут неплохо кормят…»

— Чем дольше тюремный срок, тем меньше вероятности, что человека ждут по ту сторону решетки. Что у него есть те, кому он может доверять, и кто морально поможет ему в первое время адаптации. Ведь практически все мы нуждаемся в поддержке в трудную минуту. А переход из одной системы в другую – это в любом случае стресс. Даже если другая система лучше, — поясняет психолог из краевого центра Ирина Васильева. – Это, конечно, при условии, что мы говорим о тех людях, для которых правовое общество предпочтительнее, чем окружение сокамерников и охраны. Многие вышедшие из-под стражи в силу тех или иных обстоятельств даже не рассматривают такой вариант, как остаться на воле.

— Погулял, сходил в кино, поел мороженого, выпил пивка, расслабился… А затем обратно, в родные пинаты, — продолжает Максим. – Это как небольшой отпуск с целью «на мир поглазеть». Некоторые раз в несколько лет позволяют себе за границу ездить, ну вот – аналог. Вообще, конечно, эта тема бесконечная. Мне несказанно повезло. С одной стороны, я в тюрьме положением пользовался, а тюремные связи простираются далеко за пределы решетки. После того, как вышел в последний раз, решил, что хватит с меня «романтики». Помогли окончить институт, устроиться на приличную работу. На воле познакомился с девушкой – все шансы на светлое будущее у меня, казалось бы, в руках. Но, с другой стороны, это самое положение не дает жить спокойно. И в первое время на воле я только об этом и мог думать: «Там меня уважают. А тут – я никто и начинать все надо заново». Со временем уголовника можно сравнить с наркозависимым – он становится частью системы, покинуть которую сложнее даже морально, нежели физически.

Андрей АКУЛИЧ

КОММЕНТАРИЙ

Как помочь осуждённому

О том, как на Ставрополье устроена система социальной адаптации бывших заключенных, рассказал консультант Уполномоченного по правам человека в крае Юрий Костюков:

«По закону в колониях предусмотрены социальные работники. Они начинают заниматься заключенным за полгода до освобождения: выясняют, куда человек поедет после освобождения, есть ли у него родные и близкие, имеет ли он жилье, где будет работать. Параллельно ведется общение с РУВД, паспортными столами, службами занятости. При освобождении выдают памятку, куда бывший заключенный может обратиться по тем или иным вопросам, справки о трудовой деятельности (если он работал), об обучении (если оно было), о медицинском осмотре и главную – об освобождении из мест лишения свободы. Освобожденный может обратиться в Федеральную миграционную службу и министерство труда и социальной защиты населения.

Бывают случаи, когда человек, выйдя на волю, оказывается без основных документов гражданина РФ. У нас в крае в такой ситуации можно обратиться в Свистухинский центр адаптации для лиц без определенного места жительства, который находится в Кочубеевском районе. Там могут помочь с восстановлением паспорта, вида на жительство, страховым медицинским полисом и прочим. Но этого мало. К сожалению, в России отсутствует система социальной адаптации граждан, освобожденных из мест лишения свободы, в той мере, в которой она на самом деле необходима. Практически не оказывается психологическая и моральная поддержка, что очень важно. Ведь не найдя своего места в социуме, многие идут на повторное преступление, чтобы вновь вернуться в привычную среду. Нашей стране нужны четко работающие центры с соответствующей структурой адаптации. Но о них пока только говорят».

 

Наверх