№ 27 (3604) 13.07.2016  

БУДЬТЕ ВЗРОСЛЫМИ ДЕТЬМИ!

Как футуристы 100 лет назад чудили на Кавминводах

… И я, как все, благодарный стихии,
Здоровье сберег на запас – в сундуки –
И радости полный, пою вам стихи я,
Вам воды целебные — Ессентуки!

Эти восторженные стихи, посвященные курорту, принадлежат поэту-футуристу Василию Каменскому, который вот так воспел целебные источники нашего южного города, побывав в нем в 1916 году.

Открываем подшивку газеты «Пятигорское эхо» столетней давности: на Кавминводах в июле-августе гастролировали футуристы. Курортная публика шла на их представления, она была заинтригована: кто же такие футуристы? Действительно, это новое, авангардное направление в европейском искусстве появилось совсем недавно. Футуризм (от латинского слова futurum – будущее). Автор слова и основоположник движения – итальянский поэт Филиппо Маринетти, опубликовавший 20 февраля 1909 г. на страницах французской газеты «Фигаро» Манифест футуризма, в котором провозгласил демонстративный разрыв с традициями: «Мы хотим разрушить музеи, библиотеки, сражаться с морализмом». Пожалуй, в большей степени именно в России идеи футуризма вызвали живой отклик. Через две недели Манифест Маринетти в русском переводе был напечатан в одной из петербургских газет. Эстетика нового течения оказалась созвучной поискам русских художников братьев Бурлюков, Н. Гончаровой, М. Ларионова, М. Матюшина, творчество которых стало своеобразной предысторией русского литературного футуризма. Уже в 1910 г. футуризм заявил о себе как поэтическое течение.

Сбросить с парохода

В основе эстетической программы футуристов лежала утопическая мечта о сверхискусстве, способном преобразить мир. «Прошлое тесно, — заявляли они в своем манифесте «Пощечина общественному вкусу», — Академия и Пушкин непонятнее иероглифов». И поэтому призывали «бросить Пушкина, Достоевского, Толстого… с парохода современности». Футуристов интересовало не столько содержание, сколько форма стихосложения, поэтому они придумывали новые слова, использовали вульгарную лексику, профессиональный жаргон, язык плаката и афиш.

Давид Бурлюк основал в своем имении колонию футуристов «Гилея». Ему удалось сплотить вокруг себя самые разные яркие, ни на кого не похожие индивидуальности. В. Маяковский, В. Хлебников, Б. Пастернак, Н. Асеев, И. Северянин, А. Крученых, В. Каменский, Б. Лившиц, Е. Гуро – наиболее известные имена.

О том, кто представлял футуристов на Кавминводах в 1916 г., узнаем из газеты «Пятигорское эхо» за 2 июля. Афиша приглашает на встречи с поэтами Василием Каменским и Владимиром Гольцшмидтом. Расскажем об этих футуристах, тем более, что их имена мало кто помнит в наше время.

Спасительное болото

футуристы

В. Каменский (на переднем плане) и В. Гольцшмидт. 1916 г.

Наиболее яркая фигура — Василий Каменский (1884-1961), жизнь которого полна приключений, начиная с рождения посреди могучей реки Камы, на борту парохода. В пять лет мальчик стал сиротой. Родственники увезли его в Пермь. Учился в приходской школе, после работал в бухгалтерии Пермской железной дороги. Однако спокойная жизнь не привлекала юношу. Спустя два года он уезжает с труппой театра гастролеров. Сцена не стала его призванием, но в это время Василий начал писать стихи, которые одобрил и посоветовал заняться литературой встретившийся в г. Николаеве Всеволод Мейерхольд.

И вот новый поворот судьбы: В. Каменский увлекся марксизмом, участвовал в митингах во время первой русской революции, попал в одиночную камеру, выйдя из тюрьмы, оказался под надзором полиции. В 1906 г. приехал в Петербург, где началась его работа в журналах. Сблизившись с Д. Бурлюком, В. Каменский стал в 1910 г. редактором первого футуристического сборника «Садок судей».

Но неутомимого В. Каменского уже влекла новая стихия – небо. В 1911 г. он уезжает в Париж, где поступает учеником к знаменитому авиатору Луи Брелио. Затем были Берлин, Вена, Лондон, Рим, Варшава. Диплом пилота-авиатора, собственный моноплан. Не все знают, что именно В. Каменский ввел в обиход столь привычное нам слово «самолет».

Беда случилась во время демонстрационного полета в польском городе Ченстохове. Из-за ветра самолет перевернулся, мотор перестал работать… Газеты сообщили о гибели пилота. Но В. Каменский выжил, получив многочисленные переломы. Как считали доктора, его спасло болото, куда упал самолет.

После выздоровления Каменский приобретает землю под Пермью, основывает хутор Каменку и по собственному проекту строит дом, в котором верхний этаж представляет собой нечто вроде капитанской каюты. Но долго на месте не усидел. В 1913 г. он приезжает в Москву, где состоялась его встреча с В. Маяковским, они быстро нашли общий язык. Результатом стало громкое турне литераторов-футуристов по России. В нем участвовали В. Маяковский, В. Хлебников, братья Бурлюки и, конечно же, В. Каменский. В последующие годы, один за одним, выходят его сборники стихов, а в 1915 г. – поэма «Стенька Разин».

В 1916 г. В. Каменский с другом-футуристом В. Гольцшмидтом отправился в турне по Кавказу. Собирался с ними и В. Маяковский, но был мобилизован по случаю войны с Германией. Во время этого турне друзья и посетили Кавминводы. Об этом немного позже.

Революцию 1917 года, как большинство футуристов, Каменский встретил с восторгом. Издал свой «Декрет о заборной литературе, о росписи улиц, о балконах с музой, о карнавалах искусств» и сам расклеивал его по Москве. В отличие от некоторых собратьев по перу, В. Каменский не эмигрировал, остался в советской России, искренне веря, что страна выходит на путь народного благополучия и счастья.

Со старушкой на плече

Особняком стоит в русском футуристическом движении легендарная фигура «футуриста жизни» Владимира Гольцшмидта (1891-1957). Современники так описывают его внешность: рослый, хорошо сложенный красавец, с открытой могучей шеей, с шапкой густых кудрявых волос, он представлял собой великолепный образец физического здоровья. Гольцшмидт разъезжал по России со своей матушкой – щуплой и хромой старушкой, которая души не чаяла в своем сыне. Тот отвечал ей такой же нежной любовью, и по вечерам, после своего выступления, во время которого мать сидела в кассе, он брал родительницу на плечо и относил ее домой.

Почему Гольцшмидт выделялся среди футуристов? Его искусство внетекстуально. Литературу, живопись, театр, музыку он считал второстепенным явлением по сравнению с высочайшим родом искусства — жизнетворчеством (отсюда «футурист жизни», как он себя называл). «Быть поэтом на бумаге гораздо легче, чем в жизни, в отношении к окружающему миру», — утверждал он в своем единственном сборнике «Послания Владимира жизни с пути к истине», изданном в 1919 г. на Камчатке. Заслуга В. Гольцшмидта в пропаганде футуризма в провинции и становлении футуристической эстрады неоспорима.

Радуйтесь. Смейтесь. Любите.

Но вернемся в 1916 год, когда друзья-футуристы, молодые, полные творческих планов, приехали на КМВ. Чудили здесь по полной программе. Надо сказать, что футуризм возник и «окреп» в атмосфере скандала. Важным средством добиться популярности было эпатирование публики. Вызывающе оформлялись публичные выступления: К. Малевич (автор знаменитого «Черного квадрата») являлся перед зрителями с деревянной ложкой в петлице, В. Маяковский — в женской по тогдашним критериям желтой кофте, А. Крученых носил на шнуре через шею диванную подушку… В. Каменский же в тифлисском цирке выезжал на арену на белой лошади в костюме Стеньки Разина и читал свои стихи о нем:

Сарынь на кичку!
Бочонок с брагой
Мы разопьем
у трех костров…

афишаЭпатаж использовался и во время концертов на Водах. Когда открывался занавес, перед глазами зрителей представала сцена, увешанная обрывками ткани. В центре располагался гонг, в который несколько раз ударял появившийся из-за кулис футурист В. Каменский с кудрями цвета спелой соломы, сливающимися с воротником из золотой парчи. И начиналась «звучально» монотонная речь: «Жители Кавказа! Будьте взрослыми детьми, возьмитесь за руки – идите в горы… Радуйтесь. Смейтесь. Любите. Горите яркими огнями возможностей. Ищите в себе новых открытий. Бегайте весело, пойте песни, читайте стихи…».

Следом появлялся «футурист жизни» Владимир Гольцшмидт с оловянными веригами на шее и вещал: «Кавказскому солнцу, как жизнеисточнику, откройте тело свое… Бросьте городские костюмы, забудьте условную суету вещей, учитесь жить у природы…». Апофеоз лекции: сконцентрировав, как он говорил, физические силы, В. Гольцшмидт разбивал о свою голову несколько досок. Как вспоминал впоследствии В. Каменский, этим экспериментом заинтересовалась группа подвыпивших офицеров, которых в связи с войной на КМВ было множество. Они почему-то решили, что доски предварительно склеены, что это «обман». Обиженный Гольцшмидт предложил им попробовать самим. Один из офицеров принял вызов, желая, очевидно, осрамить футуриста. Он сел на стул, взялся за края доски, раскачал и со всего маху «дернул» плашмя по своей лысой башке. И… выпучив глаза, повалился на пол. А на Водах распространились слухи, что футуристы избили доской по голове какого-то офицера. Друзьям пришлось ретироваться, свернув гастроли.

Мнение публики по поводу футуристов было неоднозначным. Но устами некоей Зинаиды Андреевны критик Лавич выразил мысли части аудитории в зарисовке «На футуристах»: «А ведь умны футуристы. Умней, чем публика. Они балаганят, «умная публика» за их пляски платит им деньги».

Прошли годы, и жизнь все расставила по своим местам. Теперь мы знаем, что футуризм нес в себе не только разрушительные импульсы, но и послужил созидательным художественным целям. Он подарил поэзии трех гениев: В. Маяковского, В. Хлебникова, Б. Пастернака. Не говоря уже о море талантов, среди которых и В. Каменский. Впоследствии у него исчезло стремление эпатировать в своих стихах, они стали простыми, естественными и искренними. Он оставил после себя богатое литературное наследие. Пользовались успехом его поэмы о великих бунтарях прошлого «Емельян Пугачев», «Иван Болотников», в которых читатель улавливал родство душ автора и персонажей. Не меньший успех имели книги воспоминаний: «Путь энтузиаста» (о встречах с А. Чеховым, Л. Толстым, М. Горьким, Л. Андреевым, И. Северяниным, А. Франсом, Н. Чемберленом) и «Жизнь с Маяковским».

То, что русский футуризм оставил свой след в искусстве, говорят и его элементы, используемые современными поэтами. Можно назвать Андрея Вознесенского с его пафосом, злободневностью, экспериментированием художественными формами. Традиции футуризма присущи Евгению Евтушенко: прямое обращение поэта к массовой публике, примеры поэзии для голоса и слуха, то же использование экспериментальных форм…

Елена ГРОМОВА

Наверх