№ 48 (3625) 07.12.2016  

ГУБЕРНСКОЙ БАРЫШНИ АЛЬБОМ

Ставропольчанка Елизавета Илюхо, жившая в XIX веке, пробовала себя в разных поэтических жанрах.

Мода из столицы

В XVIII-XIX веках у каждой уважающей себя юной барышни или дамы был альбом. Вспомним строки из «Евгения Онегина» А. С. Пушкина:

«Конечно, вы не раз видали
Уездной барышни альбом,
Что все подружки измарали
С конца, с начала и кругом».

Традиция рукописных альбомов пришла в Россию в середине XVIII века из Западной Европы, главным образом из Германии и Франции. Слово «альбом» латинское по происхождению, в русский обиход вошло из французского языка, где оно означает памятная книга. Альбомы стали непременным женским спутником и, можно сказать, важным элементом семейной культуры.

В альбомы записывали строки популярных авторов, цитаты из известных произведений. Но главное в альбомной лирике – это всевозможные мадригалы (шутливое либо любовное стихотворение, комплимент в стихотворной форме). Были в альбомах и карандашные рисунки.

В салонные альбомы писали Пушкин, Лермонтов, Батюшков, Баратынский, Языков и другие.

У Михаила Лермонтова «В альбом Н. Ф. Ивановой» (Наталья Иванова была первой любовью поэта) читаем:

«…И стих безумный, стих прощальный
В альбом твой бросил для тебя,
Как след единственный, печальный,
Который здесь оставил я».

Мода на альбомы, появившаяся в столичных городах, со временем пришла и в провинцию. Об этом свидетельствует дошедший до нас из XIX века альбом, принадлежавший жительнице города Ставрополя Елизавете Павловне Илюхо.

Замужем за капитаном

Рисунки А. Муранова из альбома Е.П. Илюхо

Как был обнаружен этот альбом? Автор вышедшей в 2015 году книги «Пройдемся по Барятинской, свернем на Европейскую…» журналист-краевед А. М. Чернов-Казинский, рассказавший в ней о многих старых улицах Ставрополя, готовя очерк об улице Станичной, познакомился с ее старожилом Сергеем Васильевичем Илюхо, хорошо знавшим свою родословную. С особой гордостью рассказывал он о прабабушке, матери его деда по отцу – Михаила Ивановича Илюхо, умершего в 1956 году в возрасте 93 лет. Елизавета Павловна была начитанным человеком, увлекалась поэзией и сама писала стихи, даже издала поэтический сборник. Дед, по словам Сергея Васильевича, бережно хранил старинные фотографии, документы, газеты, бумаги, но после его смерти все было утрачено. Чудом сохранился только старинный альбом. И еще: неожиданно в отделе редкой книги Ставропольской краевой универсальной научной библиотеки им. М. Ю. Лермонтова обнаружен сборник стихов «Сочинения Е. П. Илюхо (1860-1890)», изданный в 1893 году в Ставрополе-Кавказском.

Что же удалось установить о его авторе? Елизавета Павловна Илюхо

(в девичестве Ланге) родилась в 1831 году. Была замужем за участником Кавказской войны капитаном Иваном Илюхо. Вместе с ним делила тяготы военного времени. После выхода капитана в отставку семья поселилась в Ставрополе. Известно о двух ее сыновьях — Михаиле Ивановиче и Василии Ивановиче. Последний значится в «Памятной книге Ставропольской губернии» за 1904 год как учитель 1-й школы села Винодельного Благодарненского уезда.

Стихи, романсы, водевили

Елизавета Павловна пробовала себя во многих поэтических жанрах: лирические стихи, поэмы, элегии, романсы, песни, эпитафии, посвящения в альбом. Есть в сборнике даже водевили.

В пейзажной лирике отражено отношение к природе, окружающему миру сквозь призму собственных мироощущений поэта:

«Когда мирская суета
Молиться не дает,
Ступай ты в лес, ступай туда:
Там Бог тебе внемлет…»
(«В лесу»).

Созерцание природы приводит автора и к философским размышлениям, как в стихотворении «Осень»:

«Опавшие листья! Не жизнь ли это наша?
Подобно тем листьям, нас осень сразит».

Или «Цветок»:

«…Но что ж заметила, срывая,
Когда сломала я цветок?
Росинка светлая, златая,
С него скатилась на кусток.
Мне мнилось, что я оторвала
Младенца от груди родной,
И что росинка та златая
Прощальною была слезой…»

Яркие образы созданы в стихотворении «Четыре времени года»: юная дева – весна, красотка-смуглянка – всеми любимое лето, царица, раздающая дары природы, – осень и старушка-зимушка.

Интересен цикл стихов «Из времен Кавказской войны»: «Казачья песня», «В горах Кавказа», «Лагерь», «Раненый», «Затишье». Он много поведал о его создательнице. Не вызывает сомнения сопричастность автора к происходящему в зарисовке «Из походных записок»:

«И вот опять стоянка…
На долгий, нет ли срок?
Вот жены офицеров,
И не кляни свой рок,
Судьбе своей послушны, —
Привычка, может быть.
Да, сил им много нужно,
Чтоб все переносить…»

А в стихотворении «На берегу реки Лабы» Елизавета Павловна прямо пишет:

«Там за рекой виднелась даль,
За далью лес, за лесом горы,
В горах отряд тогда стоял,
В отряде муж мой воевал…»

О литературных пристрастиях Елизаветы Павловны узнаем из стихов-посвящений:

«Певец младой, увядший в сете лет!
Твой век был миг, но миг чудесный!»

Эти строки посвящены М. Ю. Лермонтову, который, как и муж автора стихов, был участником Кавказской войны. В этой среде не могли не знать об участии поэта в походах в Чечне и Дагестане, не оценить его храбрость, проявленную в сражении при реке Валерик 14 января 1841 года. Поэма «Волшебница Тамара» — тоже дань памяти М. Ю. Лермонтова.

Поистине огромным было увлечение водевилями, появившееся в России в начале XIX века. Попыталась освоить этот драматический жанр и Е. П. Илюхо. Два ее водевиля — «Судьба» и «Все довольны» — помещены в сборнике. Сюжет обоих прост: девушки на выданье обретают семейное счастье. Вероятно, эти водевили предназначались не для профессиональной, а, скорее, для самодеятельной, домашней сцены, и, наверное, с успехом там ставились.

Листая старые страницы

«Иисус Христос, несущий крест» из альбома Е.П. Илюхо

Альбом Е. П. Илюхо передала журналисту А. М. Чернову-Казинскому вдова правнука Елизаветы Павловны (сам Сергей Васильевич, к сожалению, ушел из жизни) Валентина Васильевна. И вот он лежит передо мной. Когда-то это был альбом в коричневом коленкоровом переплете, о чем говорит корешок утраченной обложки. Не все листы сохранились, некоторые вклеены. Позже другими поколениями он, видимо, использовался как фотоальбом, а в 20-е годы прошлого столетия при дефиците бумаги – как альбом для черчения. Но все же дошедшие до нас листы немало могут рассказать о его хозяйке и ее окружении.

Заведен он, очевидно, весной 1858 года. Согласно правилам заполнения подобных альбомов, выработанных к тому времени, начат не с первой страницы, которую оставляли незаполненной, так как существовало мнение, что с открывшим ее может случиться несчастье. Первая запись в духе времени:

«Не смейтесь надо мною,
Будьте вы счастливы.
И вспомните порою,
Что я остался сиротою.
г. Ставрополь. 5 мая 1858 г.»

И подпись «А. М.»

При изучении страниц альбома удалось установить фамилию — А. Муранов. Он был отличный рисовальщик: сохранилось несколько его карандашных рисунков. Два связаны с произведениями поэтов, бывших тогда на слуху. «Сижу за решеткой в темнице сырой…» — сразу вспоминаются эти строки из пушкинского «Узника», когда смотришь на один из них. А на другом – сцена из повести «Герой нашего времени» «(Бэла)» М. Ю. Лермонтова: юная черкешенка в объятиях молодого офицера. Все мастерски изображено: и рядом стоящий конь, и река, и камыши, и вспорхнувшие из них птицы.

Еще один поклонник из окружения хозяйки альбома — А. Макаров. Его с трудом разбираемая из-за выцветших чернил запись прямо адресована: «К Елизавете»:

«Люблю, люблю твое дыханье,
Твой ум, твой взор, твою красу.
Люблю волос твоих касанье
И светло-русую косу…»

По этим строкам через века можно составить портрет нашей героини.

Упражнялся в рисовании на страницах альбома Елизаветы Павловны некто «АК». Его изображения, как он сам отметил на одном из них, «с натуры»: стремительно бегущий через камыши вепрь, уголок елового леса. Но заинтересовал рисунок с надписью «Мавзолей генерала Круковского». Кстати, это еще одна особенность салонных альбомов, где часто изображались надгробия, урны, могильные холмы.

Кто же этот генерал? Круковский Феликс Антонович (1804-1852) – генерал-майор, наказной атаман Кавказского линейного казачьего войска, вечный шеф Горско-Моздокского полка. Участвовал в многочисленных походах в Чечне и Дагестане. Особо прославился тем, что 2 мая 1843 года во главе четырехсот конных хоперцев отбил ночное нападение четырехтысячного отряда противника на ст. Бекешевскую, чем спас Пятигорск от разорения. За эту операцию награжден Георгиевским крестом 4-й степени.

Та же светло-русая коса

Умерла Елизавета Павловна в преклонном возрасте в окружении детей и внуков. В метрической книге Казанского кафедрального собора Ставрополя удалось найти запись о ее смерти 19 октября 1911 года (погребена 20 октября) в возрасте 80 лет от порока сердца. А в газете «Северокавказский край» от 20 октября помещен некролог: «Сыновья и внуки с душевным прискорбием извещают родных и знакомых о кончине их матери и бабушки, вдовы капитана Елизаветы Павловны Илюхо».

О некоторых потомках героини нашего рассказа уже упоминалось. Правнук ее — Сергей Васильевич Илюхо — работал на заводе «Красный металлист», затем окончил строительный техникум и трудился по специальности. Его сын Геннадий Сергеевич в настоящее время — предприниматель. Дарья Геннадьевна — пятое поколение Илюхо. Она училась в Ставропольском государственном аграрном университете. В 2013 году названа среди победительниц конкурса «Слава и гордость университета» в номинации «За выдающиеся успехи в учебной деятельности». В годы учебы была солисткой танцевального ансамбля вуза. В настоящее время работает помощником директора по кадрам профессионального футбольного клуба «Динамо» Ставрополя.

Портрета Елизаветы Павловны не сохранилось, но, может, прапраправнучка унаследовала ее черты (та же светло-русая коса)? Как и любовь к поэзии, к природе? На сайте Дарьи Илюхо размещены стихи:

«Мне так спокойно… тихо и тепло,
Дождь за окном сказал, что будет осень…
Ласкает он холодное стекло,
Стучится робко и прощенье просит…»

Елена ГРОМОВА

 

Наверх