№ 49 (3626) 14.12.2016  

ПРАКТИКА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

Александр Беляев, следователь Ставропольского межрайонного следственного отдела СУ СКР по Ставропольскому краю

Как выявить ложь и найти истину при расследовании уголовного дела

Десантник-разведчик, двенадцать прыжков с парашютом, запах пороха в армейских командировках. Но он не мечтал с детства спасать мир и даже просто быть следователем, хоть папа и полковник органов внутренних дел. Александр Беляев, получив высшее образование, занялся мирной юридической деятельностью в газовой компании. Однако вскоре все-таки понял – не его это. И вот уже почти полтора года он… да, следователь Ставропольского межрайонного следственного отдела СУ СКР по Ставропольскому краю. За это время 28-летний лейтенант юстиции окончил расследование и направил в суд 35 уголовных дел, по большинству из которых вынесены обвинительные приговоры.

Интеллектуальный тест

Два года он был общественным помощником следователя. Ощущения иные. Знал, что всю ответственность за расследование несет старший товарищ. А вот когда сам приступил к обязанностям, то вначале немного растерялся: смогу ли? Но это все от волнения, ведь мера полная и уровень другой. Смог. Даже удивился, как толково провел первый допрос подозреваемого, бросавшегося с ножом на полицейских. Тут и практика сказалась нешуточная. Уж ей-то непосредственный начальник – руководитель межрайонного отдела подполковник юстиции Артем Телятников – всегда придавал серьезное значение, развивая у подчиненного навык работы в разных сферах.

— Меня больше всего интересуют должностные преступления, — признается Александр. – Хочется понять, что двигало человеком, занимавшим определенное общественное положение, поступить именно так. О чем он думал, нарушая закон, что является основой совершенного зла? И ведь это люди непростые, неглупые. Они знают свое дело настолько хорошо, что способны выстроить хитрые схемы, его обходящие. И ты как следователь должен не только вникнуть в нюансы работы лжецов и мошенников, но и понять, как им удалось что-то этакое «изобрести». Это своего рода интеллектуальная игра, соревнование, в котором следователь просто не имеет права проиграть…

Незачёт

Впрочем, все зачастую бывает намного проще. Такой пример. Заведующая кафедрой общеобразовательных дисциплин одного из ставропольских вузов предложила своей подчиненной — приятельнице, трудившейся в этом же институте старшим преподавателем, заработать на зачетках. То есть выступить посредницей при оплате студентами зачетов и экзаменов без фактической сдачи таковых. Подруги составили нелегальный «прайс» с четко обозначенными суммами за конкретные предметы. Подчиненная относила заведующей деньги и зачетки, а «босс» выставляла оценки.

Однажды некий заочник, пропустивший сессию, душевно обратился к преподавательнице с просьбой каким-то образом восполнить пробел. Та выкатила ему «прайс», парень ознакомился с цифрами и воскликнул: «Да не вопрос, все устраивает!» Но потом передумал, только вот не известил об этом женщину. А сообщил полицейским, занимающимся раскрытием экономических преступлений. Ну а стражи порядка не замедлили организовать оперативно-розыскное мероприятие, в котором заочник выступил в качестве «закупщика». В институт молодой человек прибыл полностью «заряженный»: с малюсенькой видеокамерой и банкнотами, с которых оперативники заранее сделали светокопии. Преподавательница попросила его прийти на следующий день за зачеткой и отправилась к заведующей кафедрой. С деньгами студента. В дверь кабинета, где подруги считали выручку, постучали…

Александр Беляев предъявил «шефине» обвинение по ч. 3 ст. 290 УК РФ – «Получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя». Причем действия, как было установлено в ходе следствия, входили в полномочия заведующей кафедрой. Это очень важный момент, от которого зависит квалификация преступления. Обе женщины на допросах признали свою вину. Ну а как с их побудительными мотивами? «Старшая» аргументировала: «Студенты же обращаются». Иными словами, есть спрос, почему бы не удовлетворить. Она понимала, что все это уголовно наказуемо, что это позор, но шла навстречу, сердобольная. Да еще и дочь растет, нужен был дополнительный доход. «Репетиторство? Не смешите!» А пожилая преподавательница просто решила помочь подруге. «Глупо, стыдно, больше так не буду». Суд оштрафовал каждую на 200 тысяч, и женщины лишились работы.

Танцор «мефа»

Конечно, у каждого расследования своя изюминка и замысловатость. Взять, допустим, вот это: 24-летний уроженец Оренбурга приехал в Ставрополь заработать. Это он так говорил следователю. Хотя город на Северном Кавказе вроде бы совсем не похож на какой-нибудь Клондайк по сравнению с уральским областным центром. Но ведь действительно заработал! Тюремный срок. За два преступления. Первое он совершил в ночном клубе Ставрополя. На танцполе его кто-то толкнул, он обидчика ударил, и тот упал. Потом снова саданул кулаком по лицу, когда посетитель заведения поднялся. У жертвы пошла носом кровь, однако инцидент замяли и разошлись. Через девять дней избитый молодой человек умер в реанимации больницы. На камере видеонаблюдения зафиксирован момент стычки. Неловкий танцор, задевший оренбуржца, грохнулся на спину, но не стукнулся головой. А в результатах экспертизы написано, что у него очень серьезные травмы: перелом левой теменной и височной костей, ушиб головного мозга в виде кровоизлияния. Стало быть, погиб он не от удара о кафельный пол, поскольку головой об него не бился. Александру Беляеву предстояло доказать, что это ч. 4 ст. 111 УК РФ – «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего».

Только вот приезжий в те несколько дней, пока его оппонент лежал в медучреждении, отбыл в Краснодар к своей гражданской жене. Но правоохранители ведь этого не знали и, когда избитый парень скончался, они объявили оренбуржца в федеральный розыск. И вскоре из столицы Кубани пришло сообщение, что «клиент» находится в СИЗО, поскольку там также успел «заработать». Его задержали с большой дозой «мефа» — одного из самых опасных современных наркотиков. Конечно, взятый с поличным кричал, что соль ему подбросили сами полицейские, но эти возмущения напрочь разбивались о наличие маленьких ювелирных весов для расфасовки дури и фасовочных пакетиков, найденных в кармане закононепослушного гражданина. Так где же, в каком городе должны были заниматься этим подозреваемым правоохранители? Вопрос согласования подследственности длился долго, но все же решили передать все материалы по Краснодару в Ставрополь. Александра командировали на Кубань, где он допросил свидетелей по наркотическому эпизоду (ст. 228.1 УК РФ – «Незаконный сбыт наркотических средств и психотропных веществ»). Потом он отправил «танцора» в Москву, в Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В. П. Сербского. Кстати, обследованный очень надеялся, что его признают невменяемым, как уже было однажды в Оренбурге, когда его судили за угон автомобиля. Но на сей раз, как говорится, не прокатило — вменяем. И теперь за опасные преступления нужно отвечать по всей строгости. Какое наказание вынесет Фемида, наверняка решится в ближайшее время: сейчас в Октябрьском районном суде Ставрополя рассматривается уголовное дело как за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть, так и за покушение на сбыт наркотиков.

— В ходе этого расследования мне был интересен и полезен опыт работы в межрегиональном формате, — анализирует лейтенант юстиции. – Это сложно, но весьма познавательно.

Смерть по небрежности

А бывает так, что голова кругом идет от напряжения и сердце надрывается, сопереживая. Трудно забыть, как в одном из медицинских учреждений краевого центра умерла девушка. Причем, когда только поступила в больницу, она перенесла операцию, и все прошло нормально. Была жива. Но в тот же день врач — анестезиолог-реаниматолог в палате интенсивной терапии выполнил катетеризацию центральной подключичной вены. Это нужно было для обеспечения доступа лекарств в организм молодой женщины, поскольку вены у нее оказались слабовыраженными. Но случилось так, что доктор повредил верхушку левого легкого потерпевшей. Однако не узнал этого, потому как не осуществил рентгенологический либо ультразвуковой контроль органов грудной клетки. Что, собственно, положено было сделать. Ну а отсутствие диагностирования такого повреждения привело к накоплению большого количества крови в плевральной полости и смещению органов средостения. Это явилось причиной гипоксии головного мозга, что, как правило, влечет смерть, если вовремя не оказана реанимационная помощь. Нет, помощь-то оказали и даже рентген сделали, но через несколько дней. Так вот небрежность врача погубила пациентку, у которой остался маленький ребенок.

Все это Александр Беляев установил в ходе расследования и когда получил результаты медицинской экспертизы из Москвы. Действия анестезиолога он квалифицировал как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 109 УК РФ). На допросе доктор признал: да, повредил верхушку легкого, однако не стал диагностировать, поскольку визуально состояние больной воспринял как стабильное. К тому же его смена тогда уже закончилась, и он передал пациентку коллеге.

— По уголовному делу я допросил 20 свидетелей, 17 из которых были врачами, — вспоминает лейтенант юстиции. – Совершенно новая для меня область расследования, где я должен был вникнуть в тонкости незнакомого «предмета» для того, чтобы четко сформулировать вопросы экспертам. А именно от этого зависели ответы из Москвы и уже квалификация действий реаниматолога. Врача осудили, а в больнице усомнились в его компетентности со всеми вытекающими из этого последствиями…

Александр Беляев считает, что в профессию пришел все-таки поздно. Надо было бы сразу после университета, как однокурсники. Но зато сейчас постоянно в тонусе: ненормированный рабочий день, жесткие сроки расследования и прочие прелести службы. Не воздушно-десантная разведка, но и здесь не соскучишься. И это то, что надо.

Игорь ИЛЬИНОВ

Фото автора

Наверх