№ 01 (3629) 11.01.2017   Угол зрения  

ПРИЧУДЫ МАГИЧЕСКОЙ ОСИ, ИЛИ ПОСТПРАЗДНИЧНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Сразу предупреждаю: к авторским рассуждениям, состоящим из двух, с первого взгляда, мало связанных друг с другом частей, вовсе нет необходимости относиться с особой серьезностью. Можете даже считать, что это просто улыбка автора, которому вдруг ни с того ни с сего что-то увиделось. В таких случаях с него взятки гладки.

Но прочесть эти заметки стоит хотя бы для того, чтобы удивиться причудливому движению мысли, которая в этом сочинении определенно есть, причем незаемная и плодотворная.

Нас разделила улица

На определенном центральном отрезке Ставрополя улица Дзержинского как бы делит наш город на две части. Если мы встанем в её конце в верхней части города, то слева будет Дом правосудия. Предполагаю, некоторые тотчас увидят в этом знак, а то и обидный намек — правосудие и вдруг слева. Не спешите, господа. Люди, которые строили здание, верно, понимали, что правосудие должно быть правым, независимо от всяких вселений и вселившихся. В этой мысли убеждает и то, что с левой стороны мы увидим православную церковь и духовную семинарию. А справа расположен университет. Храм религии и храм науки смотрят друг на друга вечером и днем. Верующие люди говорят, что одним из достижений сотрудников сатаны является противопоставление религии и науки. Вот и в Ставрополе они разделены даже пространственно: церковь слева, университет справа. Но церковь, на мой взгляд, выглядит привлекательнее, во всяком случае, если иметь в виду обряды, ритуалы и вообще обиходную жизнь. Вы понимаете, на что я намекаю.

А потом мы оказываемся между двумя городскими площадями. Большая площадь Ленина и маленькая площадь Ангела. Ангел слева, вождь мирового пролетариата справа. Чтобы не навязывать своих взглядов и не присоединять свой слабый голос к мощному хору презренных антисоветчиков, приведу лишь одну ленинскую цитату: «Всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье даже с боженькой есть невыразимейшая мерзость, самая опасная мерзость, самая гнусная зараза…» Сознаюсь, гложут меня тайные подозрения – не потому ли власти города недавно с таким упорством пытались убрать с постамента никому не мешающего Ангела, что хотели избежать столь бросающегося в глаза противопоставления? Не люблю, когда ругаются, а еще больше мне не нравится, когда разрушают уже построенное. Тем более имеющее культурную или историческую ценность.

Представьте, раньше здесь, с правой стороны, располагалось старинное здание гостиницы, уникальное тем, что в ней останавливались Пушкин, Грибоедов, Лермонтов, Толстой, Дюма… Черная магия правой стороны, помноженная на мудрость городских властей, уничтожила то строение. На его месте появилось несколько невыразительных и нефункциональных строений отталкивающего вида и не приносящих дохода. Можете себе представить, сколько бы для гостей города стоил сейчас гостиничный номер, в котором жил Пушкин. Или хотя бы Дюма…

Проследуем дальше. Справа целый комплекс охранных учреждений — два управления милиции и ФСБ по Ставропольскому краю. Никакое общество не может существовать без подобных институтов. Их прямой функцией является регулирование степеней свободы в нем или попросту говоря — ограничение этой свободы. Попытки обратного свойства чреваты самыми трагичными последствиями типа разгула преступности или предательства государственных интересов. (Не надо, уже пробовали, страшно вспоминать). Но, с другой стороны, согласитесь, ограничение свободы — не тот процесс, который вызывает светлые чувства и большую человеческую радость.

… А соединило искусство

Однако, если моя теория магической оси разделения верна, то одни учреждения на улице Дзержинского должны быть уравновешены другими. Но что мы видим? Абсолютно нейтральные постройки, затем широкий разворот улицы в сторону проспекта Октябрьской революции. То есть нет ничего, что бы можно было отнести к символам расширения свободы. Разве что чистенький свежевыкрашенный старинный особняк, где нынче располагается Ставропольский краевой музей изобразительных искусств. Предвижу возражения: «Что за бред? Провинциальный музей — какое здесь расширение свободы, какая симметрия с могущественными инструментами пересечений?!»

Извиняюсь, господа, не просто музей (я там в последнее время бываю часто), а скажем так, портал для путешествий по мирам и временам. В некотором роде стабилизированная машина времени. Не верите? Сходите и убедитесь, сейчас как раз подходящий момент. Экспозиции живописных работ позволяют увидеть непривычный многомерный многокрасочный мир, в котором мы живём, порой не замечая его качеств. Новая фотовыставка «Женщины Кавказа» дарит уникальную возможность увидеть прошлое, живое, хоть уже и невозвратное. Конечно, могут иметь место и аберрации личного характера: возможно, всё увиденное на выставке ожило в моей душе каким-то особенным образом только потому, что я знаю некоторых потомков женщин со старых фото лично, и это создаёт особый эффект. Возможно.

Родился я по ту сторону Кавказского хребта, в Баку, месяцами жил в Дагестане, в Кабарде, Карачаево-Черкесии. Но, с другой стороны, ведь никто не мешает каждому посетителю выставки сравнить образы старых фото с теми женщинами, которых они каждый день видят. Вы покупаете у них фрукты на базаре, встречаетесь со студентками ставропольских вузов, общаетесь с теми дочерьми народов Кавказа, что под светящим нам всем одинаково солнцем сменили своих бабушек и прабабушек. Сколько интересного и поразительно интересного откроется вам! Например, как изменились выражения лиц, насколько иными стали взгляды. Невозможно представить героинь фотографий прошлого века, растягивающих губы при произношении английского слова сыр, которое помогает имитировать улыбки. Раньше такого не было. Взгляды просты и искренни, хотя порой замкнуты и даже враждебны. Что есть, то есть: некоторые особы позируют с револьверами и даже кинжалами. Лермонтов, гениальный и безошибочный, вспоминается мне: «А у жены его младой спаситель есть, кинжал двойной».

Сколько раз обоюдоострый спаситель выручал девушек и молодых женщин Кавказа, скольких (украденных, тайно увезенных из семей) спасал он от позора. Представьте, аул захвачен, муж и братья убиты. Тогда лезвие, острое с обеих сторон, погружённое в юное тело, спасало от худшего. Стоит ли удивляться, что готовность и решительность к действиям столь радикальным образом отразилась на лицах. Это вам не cheese (сыр, по-нашему). Женская природа в любом времени и состоянии восхитительно сложна, многообразна. Вот фото персиянки из Баку, модель позирует в парандже. Лицо скрыто куском материи, очертания тела — просторным платьем. Но взгляд!.. Поверьте, призыва, кокетства и лукавства в нём больше, чем в стандартном нынче изгибе полуобнажённого тела модели.

Вот трогательная фотография «Интеллигентная греческая семья». Таких лиц теперь точно не встретишь: сложный комплекс открытости миру, внутреннего достоинства, спокойствия и иллюзорного благополучия. После событий XX века, после того, как было объявлено и утверждено, что «всякая идея о всяком боженьке есть гадость невыразимейшая» их уже и не будет никогда. Впрочем, не буду зарекаться…

А вот линейный казачина с женой. Супруга почему-то в костюме горянки. По всему видно, что постулат «жена, да убоится мужа своего» здесь попран и забыт. Но, кажется, я вижу счастливых людей. Всё это стоит увидеть, чтобы составить своё собственное мнение. И оценить силу времени, меняющего наш мир.

Хотя нет утверждений без исключений. В нашей семье есть фотографии предков, и среди них фото прабабушки Ханифы Абаевой с детьми. Она была первой девушкой — мусульманкой, получившей гимназическое образование на Кавказе. Ханифа-ханум, выйдя замуж за моего прадеда Гасана Меликова, изменила фамилию, стала Меликовой. Мой прадед — основатель первой на Кавказе газеты на своём языке «Сеятель». Жена была его верной помощницей. К счастью, сегодня я имею возможность сравнить фото своей прабабушки и моей внучки Валерии. Они похожи так, как иногда бывают похожи сёстры. Между ними пять поколений, и какие разные люди обнаруживаются среди Лериных предков! Но в то же время какое сходство. Так меняются ли люди, или есть некая неизменная основа? Трудный вопрос, ответ на который каждый может попытаться найти, посетив «портал машины времени», расположенный по улице имени Дзержинского.

Одно меня тревожит. Несмотря на ухоженность здание и всегда безукоризненно вычищенное, выметенное летом, освобожденное от наледи зимой пространство рядом возьмут вдруг и исчезнут. Грянет очередная «оптимизация», хранители времени окажутся «неактуальными», на месте светлого мира «портала» появится что-нибудь оптимизированно многоэтажное. Впрочем, все это просто постпраздничная игра ума. Зачем разрушать симметрию и гармонию, ведь так?

Али САФАРОВ, посетитель портала

Фото Виктора Нестеренко

comments powered by HyperComments
Наверх