№ 04 (3632) 01.02.2017   О главном   Рекомендовано  

НА ТЕМНОЙ СТОРОНЕ ЛУНЫ

Чем «внимательнее» к предпринимателям государство, тем сильнее они хотят в «тень»

На январском заседании краевой Думы депутаты рассмотрели протест прокурора Ставропольского края на закон, приостанавливающий индексацию ряда социальных выплат, производимых из бюджета Ставрополья, на 2017 и плановый период 2018 и 2019 годов. По предварительным данным, на индексацию понадобится более 300 миллионов рублей. А где их взять? Важнейшим источником пополнения краевой казны являются отчисления от предпринимательской деятельности. Но делают их только легально работающие предприятия и индивидуальные предприниматели. Поэтому одной из актуальных задач для местных и краевых властей является вывод из тени уклоняющихся от налогов представителей бизнеса.

Насколько это реально, что заставляет предпринимателей держаться в «тени», каковы масштабы теневой экономики в Ставропольском крае? Корреспондент «СВГ» обсуждает эти вопросы с сопредседателем краевой общественной организации «ОПОРА РОССИИ», объединяющей представителей бизнес-сообщества, Павле Мрвалевичем.

Законодательство — не айс

Основной причиной стимулирования теневой экономики, как это ни парадоксально, является федеральное и региональное законодательство, постановления правительства России, считает Павле Павлович.

К причинам роста теневой экономики в крае он отнес несколько факторов.

В том числе, увеличение фискальной нагрузки на бизнес, а также усложнение и удорожание процедуры отчетности. Расходы на отчетность растут, в частности, из-за необходимости приобретения электронных ключей, либо использования услуг фирм-посредников, за деньги отправляющих документы по электронным каналам. Кратно выросли штрафы за нарушения во всех сферах. В несколько раз подорожали лицензии. Так, на торговлю алкоголем — аж в 20 раз. К тому же получить лицензию стало сложнее, а требования к обороту алкогольной продукцией ужесточились. Трудности в получении разрешительной документации испытывают и другие направления бизнеса. Например, не понятно, почему в крае – единственный регистрирующий орган — ИФНС № 11 в Ставрополе.

Справедливости ради отметим, что проверок со стороны контролирующих и надзорных органов стало немного меньше, но они стали жестче.

Есть еще местные администрации. Они навязывают предпринимателям самые затратные схемы получения недвижимости и земли. Это выталкивает бизнес в гаражи и частные домовладения.

Нельзя не сказать о тарифах на энергоносители. Мало того, что в крае они выше, чем у соседей по СКФО, для бизнеса плата выше, чем для населения.

Несуразно выросли суммы обязательного страхования объектов и техники. Например, застраховать автомобильный кран стало дороже в 100 (!) раз. Бизнес также обязали подключать технику к системе ГЛОНАСС, оснащать сигнализацией, видеорегистраторами, тахографами, а это большие дополнительные расходы для тех, кто работает легально. «Теневые» фирмы все эти требования спокойно игнорируют.

Эти обстоятельства в числе причин низкого уровня инвестирования в крае. Не вкладывает средства в развитие производства даже местный бизнес.

Почему на свету неуютно?

В этом году многим ставропольским предпринимателям предстоят затраты на подорожавшую контрольно- кассовую технику, от использования которой их освобождали специальные режимы отчетности («СГВ» № 2 от 18 января 2017 г.). И это в ситуации, когда местным торговым точкам все труднее конкурировать с крупными торговыми сетями. При этом органы местного самоуправления практически не используют регулирующие возможности «закона о торговле» (федеральный закон от 28.12.2009 г. №381-ФЗ), которые позволяют ограничить развитие крупных ритейлерских сетей в регионе.

Почему-то существующее и принимаемое федеральное и краевое законодательство направлено на ужесточение условий для легального бизнеса, но не предусматривает мер по борьбы с теневым. Правоохранительные органы также предпочитают проверки легального бизнеса борьбе с теневой экономикой.

Ни один государственный орган не имеет общей картины фискальной нагрузки на бизнес по отраслям (с/х, торговля, строительство, производство, услуги) и не стремится ее иметь. Органы статистики не дают власти информацию по малому и среднему предпринимательству, необходимую для принятия управленческих решений.

Соответственно, нет и общей картины основных направлений теневого бизнеса, его объемов, не известна доля ставропольцев трудоспособного возраста, которые не работают официально и не стоят на учете в центрах занятости. В России, например, официально трудятся 45 млн из 87 млн трудоспособного населения, остальные нигде не числятся.

По экспертным оценкам, теневой вал в крае достигает 40-45% легальной экономики, но отвечающего этим масштабам законодательства по борьбе с нелегалами нет.

Это вызывает такие негативные процессы, как уход легального бизнеса из края в другие регионы, когда фирмы регистрируются за его пределами, а работают здесь, либо официальное закрытие бизнеса.

Закрывшийся бизнес обычно не прекращает свою деятельность, а уходит в тень. Наибольшая доля «теневой деятельности» в крае приходится на отделочные и ремонтные работы в строительстве, услуги такси, риэлтеров, ремонт бытовой техники, парикмахерские, а также розничную торговлю с большим наличным оборотом и микрофинансирование. Стоит отметить, что большинство вновь возводимых на территории Ставропольского края объектов строят компании, зарегистрированные в других субъектах РФ, нередко с привлечением иностранной рабочей силы. Это ведет к снижению занятости местного населения и рентабельности местных строительных компаний, побуждая их уходить в теневой сектор. Однако в рамках государственного заказа не отдается приоритет местным компаниям при прочих равных условиях.

Устранить разруху в голове

Необходимым условием развития легального предпринимательства в крае, по мнению Павле Мрвалевича, является экспертиза принимаемых и существующих законодательных актов на предмет стимулирования теневой экономики.

Он также считает, что в структуре экономики Ставрополья опираться следует на массовые проекты малых модульных цехов по обработке и переработке, чтобы в крае оставалась добавленная стоимость. Эти проекты имеют четкие бизнес-планы, а значит, устраняется коррупционная составляющая, неизбежная при строительстве крупных объектов. Вложения в малые предприятия менее рискованны. Их появление дает людям работу, спасая села. Социальные затраты бюджетов снижаются.

Не менее важно изменить убеждение бизнеса, что «в крае делать нечего, надо отсюда уходить», которое снижает мотивацию и престиж предпринимательской деятельности среди среднего класса. А контролирующим органам понять, что их основная задача – это профилактика и наведение порядка путем предписаний и повторных проверок, а не вменение «убивающих» бизнес максимальных штрафов. Местным властям пора перестать латать дыры в бюджете путем увеличения местных налогов и сборов, которые уже приближены к предельно разрешенным законодательством.

Пополнить казну поможет легализация бизнеса. Например, только в Георгиевске действуют порядка 400 цехов по пошиву шуб, еще по 200 цехов — в Минводах и Пятигорске. Оборот этого теневого рынка — порядка 4 млрд евро в год. Сотни миллионов рублей вращаются на теневых рынках санаторных путевок на КМВ, зерна, микрофинансовых услуг, оптовой и розничной продажи цветов, которые растаможивают в Белоруссии, Москве, Краснодаре. Легализация рынка косметики принесет еще десятки миллионов рублей и.т.д.

Пока же власть действует по старинке, компенсируя сокращение налоговой базы ростом давления на легальный сектор. В результате конкурентоспособность законопослушного бизнеса падает, подталкивая его к уходу в тень. Но чем больше теневиков, тем весомее поборы, крупнее масштабы коррупции.

Под ее влиянием происходит перераспределение национального дохода в пользу элитной группы, обусловленное еще и контролем криминальных групп над теневой экономикой. Сильное имущественное расслоение вызывает конфронтацию в обществе, стимулирует утечку капиталов за границу. Неконтролируемые финансовые ресурсы позволяют влиять на государственную политику, СМИ и избирательные компании различного уровня.

Трудность оценки масштабов теневой экономики приводит к большим ошибкам в определении важнейших экономических и социальных показателей развития общества. Это затрудняет выработку верных управленческих решений на различных уровнях. Необходима программа статистики в отношении малого и среднего предпринимательства, не затрудняющая работу бизнеса. Действуют также общественные объединения малого и среднего бизнеса, способные давать властям информацию о его состоянии.

Была бы только воля.

Марина ЧЕРНЫШЕВА

КСТАТИ

В качестве причин закрытия официальной деятельности 98,5% индивидуальных предпринимателей, опрошенных краевым отделением «ОПОРы РОССИИ», назвали повышение страховых взносов в Пенсионный фонд РФ.

Рост тарифов на услуги естественных монополий (электро- и теплоэнергия, газ, коммунальные платежи) указали 48,7%.

На увеличение арендной платы за торговые площади, преимущественно на розничных рынках, сослались 36% ИП.

Введение дополнительных ограничений в сфере розничной торговли алкогольной и табачной продукцией помешали работать 25,1% бизнесменов, административные барьеры – 50,7%.

На невозможность конкуренции с дешевым импортом указали 5,1% ИП, запрет или ограничения мелкорозничной торговли, в том числе выносной – 3,1%.

Еще 4,1% отметили, что по факту закрылись раньше, а на момент опроса лишь узаконили эту ситуацию.

 

comments powered by HyperComments
Наверх