№ 05 (3633) 08.02.2017   Давайте почитаем!   Культурная среда  

В МИРЕ КНИГ ТОРЖЕСТВУЕТ… ТЬМА

В современной литературе все перевернуто с ног на голову

Технический прогресс сделал нашу жизнь комфортнее, в том числе и в удовлетворении духовных потребностей. Зачем ходить на концерты, если любимую музыку можно послушать, не выходя из дома, просто скачав трек в Интернете? Нужно ли покупать бумажные книги, или, тем более, идти за ними в библиотеку, когда есть их электронные версии: перекинул файл в смартфон или ридер и – наслаждайся чтением. То же самое касается картин и фотографий – люди все чаще предпочитают знакомиться с ними во Всемирной паутине, считая поход на выставки или в музеи лишней тратой своего времени. Стоит ли спорить с тем, что такое – через Интернет и гаджеты — восприятие тех или иных творений культуры и искусства хотя и удобно для нас, но многократно беднее в сравнении с «живым» знакомством с книгами, спектаклями, музыкой? Однако речь даже не о способе принятия современного «культурного потока», а о его качестве как таковом. Увы, сегодня редко кто, особенно из молодежи, стремится читать произведения, наполненные глубоким смыслом, побуждающие к размышлениям, к переосмыслению собственного «я». Такие книги амбициозному и продвинутому нынешнему поколению кажутся скучными, назидательными. В цене все больше легкое эпатажное чтиво, пусть и с лихо закрученным сюжетом, но не «засоряющее мозги» философией между строк. Да что там – новое поколение с трудом отличит одного Толстого от другого, с творчеством классиков родной страны и зарубежья знакомы единицы, не говоря уже о литературных трудах земляков-ставропольцев…

Наблюдая эту печальную тенденцию, редакция «СГВ» не случайно сделала регулярной на страницах газеты рубрику «Культурная среда». Мы хотим, чтобы «разумное, доброе, вечное» было ближе нашим подписчикам, чтобы культурный пласт не отходил на десятый план в потоке экономических, политических, криминальных новостей, а присутствовал в нашей жизни как минимум наравне с другими ее плоскостями. Сегодня мы открываем еще одну, более узконаправленную рубрику, – «Давайте почитаем!», цель которой — ориентировать людей в мире прозы и поэзии, помогать им отделять зерна от плевел в литературе, а главное – заново знакомить с достойными произведениями писателей и поэтов Ставрополья, многие из которых незаслуженно забыты или вовсе неизвестны читателям. Первым выступить в этой рубрике мы пригласили нашего автора Али Сафарова – талантливого писателя и опытного читателя в одном лице, вдумчивого, яркого человека, взгляд которого на многие грани жизни и творчества неординарен, а в чем-то и спорен, но именно поэтому и особенно интересен.

В результате девальвации литературных произведений книжные магазины и библиотеки оказались завалены печатной продукцией, которую и книгами-то назвать язык не поворачивается. Это просто некие литературно-финансовые заявки на получение гонораров, составленные иногда профессионально, иногда не очень, а иногда и вовсе бездарно. Главное не в этом. Главное, сколько денег и иных ресурсов будет вложено в продвижение «литизделия». Вложив миллион рублей, я думаю, вы вполне можете потерять свои деньги. Мало. Но вот если речь идёт о десяти миллионах и не рублей, а долларов, прибыль обеспечена. Сто миллионов, затраченных «на раскрутку», вернутся такими деньгами, что это будет способ даже не увеличения капитала, а его концентрации в том или ином банке. При этом текст книги не имеет особого значения. Будь то «Алхимик» П. Коэльо или «Пятьдесят оттенков серого» Э. Джеймс. Годится любой материал, даже мусорный.

Но хватит о финансах, о них я заговорил просто, чтобы обрисовать, очень приближенно, картину происходящего на книжном рынке. На самом деле разговор о литературе.

Деградация в норме?

Ситуация в этой области такова, что порождает желание рассказать людям, и не только молодым, но каждому, кто захвачен страстью чтения, о настоящих книгах, таких, что написаны не из корыстных или амбициозных побуждений, но по той причине, что их авторы имели, что сказать, и могли сделать это на языке хорошей, качественной литературы.

Естественно, может возникнуть вопрос: «С чего это ты взял, что твоё мнение, твоя оценка имеет значение? Ведь никаких сертификатов, документов, подтверждающих твою компетенцию в литературных вопросах, ты предъявить не можешь». Единственным моим аргументом в собственную защиту и против этого обвинения является факт шестидесятилетнего непрерывного чтения. Если считать в среднем по три книги в месяц, выходит больше двух с половиной тысяч книг. Конечно, в разные периоды жизни скорость поглощения книг была разной. Например, почти двухлетний опыт работы в противолавинном отряде подарил мне возможность читать гораздо больше, хотя бы по той причине, что летом лавин не бывает. Зато в этот сезон множество туристов посещало наше забытое богом ущелье. Из разговоров с ними я сделал парадоксальный вывод – самые интересные суждения о литературе часто имеют люди, профессионально никак с ней не связанные. Представители точных наук – физики, математики, астрономы. Да, да в восьмидесятых годах немало учёного люда скиталось по горам с рюкзаками за плечами. Было такое время.

Зато обсуждение книг с профессиональными филологами, литераторами нередко оборачивается смертельно скучными лекциями, изобилующими специальными терминами и избыточными подробностями о жизни как писателей, так и самих лекторов. Самое поразительное – среди этих людей незнание всего, что не связано с темой их собственных «исследований», считается делом нормальным. Примеры такого рода каждый может найти в интернете, достаточно отыскать лекции одного именитого профессора, скажем, на тему «Шекспир, Сервантес, Веласкес». Развивая свои мысли об искусстве, в частности, о близости образов Фальстафа и Гамлета, лектор задаёт студентам риторический вопрос: что общего у старого, толстого Фальстафа с молодым принцем, внимание, цитата: «стройным, восемнадцатилетним, юным». Это о Гамлете. Академик настоятельно советует молодым людям читать Гамлета в оригинале или на худой конец в переводе Пастернака. Я в своё время пытался сделать и то, и другое. Признаюсь, попытка чтения на английском дала мало, я почти ничего не понял. Но твёрдо запечатлелось в памяти, как Гертруда, королева-мать, сетует, что её сын толст и «скуден в дыхании», то есть страдает одышкой. «Стройный», «юный» – тоже не о Гамлете. Принцу, на момент описываемых событий, было около тридцати лет.

Другой пример. Слушая дифирамбы писателю Пелевину из уст ставропольского специалиста-филолога, я, вполне осознавая всю неуместность своего вопроса, всё же осмелился спросить, на кого из зарубежных авторов повлиял этот писатель, каково его место в современном литературном процессе? И тут же, конечно, был поставлен на место. «Я профессор современной русской литературы, откуда мне знать, что у них там, за границей, происходит. И вообще, мы никогда никакого влияния на западную литературу не оказывали. Они на нас – да, а мы нет». Отповедь недоучке приведена не дословно, но смысл разговора сохранён полностью.

Срезала! Конечно, откуда профессору знать о творческих контактах Тургенева с Гонкурами и Флобером; о том, например, что великий Хемингуэй считал своими учителями русских писателей, а Генри Миллер, напившись, по своему обыкновению, падал на колени перед портретом Достоевского и просил дать ему хотя бы часть своей силы. Всё это, понятно, никакого отношения к современной русской литературе не имеет.

Схватка рыцаря с колдуном

Что это? Отдельные примеры или все-таки деградация как самой современной литературы, так и академической читающей элиты? Не буду торопиться с выводами. Но одна мысль о том, что в мире книжных героев колдун Гарри Поттер сегодня затмил и уверенно занял место рыцаря Тома Сойера, повергает меня в уныние. В схватке за умы и души детей Колдун победил Рыцаря, Черномор одержал верх над могучим Русланом.

К слову сказать, схватка воина-рыцаря с колдуном началась давно. Для нас, читающих на русском, важной вехой стала поэма Пушкина «Руслан и Людмила». Отважный и благородный воин сражался против чернокнижника и одолел его. Свет против тьмы. Жизнь против смерти. Правда против лжи.

Другой показательный и хронологически более близкий нынешнему поколению пример торжества рыцарских добродетелей на литературном поле мы встречаем у Марка Твена. «Почему Том Сойер – рыцарь?» – спросит кто-то. И я отвечу: как же иначе, ведь всё, что для этого надо, у Тома есть. Он командует «войсками», у него есть верный оруженосец Гекльберри Финн, он служит прекрасной даме, Ребекке Тэтчер и, как положено, спасает её из подземелья; одерживает победу в сражении со злым великаном индейцем Джо. Весь набор рыцарского романа налицо.

Гарри Поттер – маг, чародей. И за спиной Роулинг, автора раскрученного романа, мне видятся члены целой группы специалистов, советников, финансистов. Как и в романе о Томе Сойере, на вооружение взята проверенная фабула: приключения мальчика-сироты, воспитываемого тётей. Вероятнее всего, в рекламу книги о маленьком колдуне вложено много денег. И в результате получены ну очень большие деньги. Адекватны ли они литературной основе? Вопрос вопросов. Что касается меня, скажу честно – последние (какие уже по счету и сколько еще будет написано?) книги о добром человеке и друге Гарри уходят в сплошные страшилки и пугалки, изобилуют кровавыми схватками. И кажется, что ни в реальном мире, ни в мире магов больше не осталось светлых сил. Роман о мальчике-рыцаре закончился тогда, когда Том Сойер продемонстрировал все свои рыцарские качества так, что можно быть уверенным – он сумеет защитить и друга, и избранницу и никто при этом не умрет.

Но сегодня колдун победил рыцаря. Кажется, впервые в истории литературы. И что же ждет нас, наших детей? Посмотрите на витрины книжных магазинов, расспросите своих сыновей и дочек, кто знает Тома, а кто Гарри, и вы убедитесь: торжествует тьма. По крайней мере, в мире книг.

Али САФАРОВ

Фото Виктора Нестеренко

comments powered by HyperComments
Наверх