№ 18 (3646) 10.05.2017  

«ДРЕМЛЮЩИЕ» КАТАСТРОФЫ

Потенциально опасные объекты на Ставрополье никто не мониторит

Академик РАЕН, профессор, доктор геолого-минералогических наук Борис Галай человек в крае известный. Более 40 лет он занимается опасными экологическими объектами. Участвуя в недавнем обсуждении природоохранных вопросов в краевой думе, Борис Федорович указал на ряд существенных экологических угроз. На наш взгляд, озвученные профессором данные требуют внимательнейшего рассмотрения теми, кто отвечает за экологическую безопасность.

Тревожные звонки

Самое крупное в мире Северо-Ставропольское подземное хранилище газа расположено в Изобильненском районе. По мнению Бориса Галая, ему нужно уделить максимум внимания. Для хранения газа задействовано выработанное месторождение голубого топлива. Как рассказал ученый, закачка в хранилище идет летом под давлением около 150 атмосфер, тогда как природное давление, которое выдерживают грунты, порядка 90. Зимой газ поставляют в Европу. И если свод глины над гигантской полостью в земле не выдержит, разразится катастрофа, сравнимая с Чернобылем, больше половины Старого света останется без газа.

Тревожные звонки природа уже подает. В селе Тищенское вблизи хранилища образовался глубокий провал. Там что-то бурлит, идет выделение газа, земля словно дышит. Это беспокоит специалистов. Однако на предостерегающие письма на имя губернатора Борис Фёдорович ответа не получил. Хуже всего, считает он, что потенциально опасные объекты никто не мониторит и не исследует.

Второе место по опасности, по классификации Галая, это пятая насосная станция, которая подает питьевую воду в Ставрополь из Сенгилеевского водохранилища. Расположена она на оползневом склоне и давно трещит по швам. Здание скрепили, опоясав железом, и в таком виде передали на уровень города, хотя спасать объект нужно на уровне федерации, считает доктор наук. Ведь авария на насосной оставит без воды сотни тысяч жителей. При этом генеральный проектировщик объекта — Северо-Кавказский институт по проектированию водохозяйственного и мелиоративного строительства (Севкавгипроводхоз) не дает никаких гарантий по дальнейшей эксплуатации Сенгилеевского водовода.

Очень тревожит ученого и мусорный полигон, устроенный в селе Верхнерусском на водоносном слое, который питает все окрестные родники, колодцы и скважины, откуда жители получают питьевую воду. Полигон расположен на ракушечнике, сквозь который атмосферные осадки вымывают в воду содержащиеся в мусоре вещества. Какие процессы идут при этом в подземной лаборатории, никто не знает. По нормам под полигоном должен располагаться слой глины толщиной не менее 50 см, чтобы не дать грязной воде просачиваться сквозь грунт. Но проектировщики почему-то заложили толщину защитного экрана всего в 20 см, а госэкспертиза с ними согласилась. Жителям теперь остается только судиться.

Принцип трёх «П»

Галай подчеркнул, что в случае аварийных ситуаций важен его принцип трех «П»: Причину установить, Прогноз возможных деформаций выработать, разработать План действий по ликвидации деформаций.

Однако в причинах аварий редко разбираются, а ведь для оползнеопасного Ставрополья это очень важно. В краевом центре около тридцати метров песка и ракушечника лежат на толстом слое глины. Под воздействием осадков, а синоптики говорят об увеличении их ежегодного количества, часть влаги просачивается вниз, попадает на глину, создаются поверхности скольжения, а следом оползни. Они угрожают жилью, фундаментам зданий, а также дорогам и инженерным коммуникациям.

— Школа в Тугулуке рухнула, разбираться не стали. Дачу Шаляпина в Кисловодске практически хороним, она вся трещит. Огромные деньги затрачены на реставрацию, а результата нет, москвичи не смогли остановить процесс. Теряем и деревянную церковь 1780 года в Георгиевске — главный храм Азово-Моздокской линии. Здесь вот-вот упадут купола. В Ставрополе нужно мониторить примерно 2,5 тысячи домов, в зоне оползней здесь более шестисот домов, миллиарды нужны на переселение жильцов, — тревожится Борис Федорович.

Он выступает также за утилизацию отходов бывшего завода люминофоров, которые закачаны в подземные горизонты. Несмотря на то, что по рекомендации Галая здесь в свое время был создан надёжный полутораметровый экран глины, он все же озабочен судьбой хвостохранилища, содержащего около 300 тысяч тонн отходов цинка, свинца и кадмия.

В Ставрополе работает лучшая геотехническая школа страны. Наработки местных ученых позволяют экономить десятки, а то и сотни миллионов рублей на каждом крупном опасном объекте. При этом им приходится бить во все колокола, чтобы привлечь внимание к существующим проблемам.

Марина БОРИСОВА

Фото mtdata.ru

Наверх